escapistus (escapistus) wrote,
escapistus
escapistus

Как разбираться в происходящем

Ответил на вопрос Сергея Георгиевича Кара-Мурзы - самого мудрого человека в этой стране

Сергей Георгиевич, я, конечно, не претендую на ту степень научности, которую, видимо, вы подразумеваете под загадочным для меня словом "практикум", но и отнюдь не уверен, что нужно излишне усложнять то, что можно выразить проще:
Большевики создали такой эффективный аппарат подавления потому, что они были одержимы высокой идеей. Утверждение Великой Идеи для них было всё, и потому они пренебрегали любыми условностями. Потому, на мой взгляд, и победили, что и идея была хороша (в т.ч., и тем, что для восприятия Макаром Нагульновым она не требовала изучения Карла Маркса), находила отклик в душах большинства народа, и была группа людей, готовых взять на себя всю греховную сторону ее воплощения. Народ поддерживал тех, кто готов был "раздавить гадину", пренебрегая общественными нормами, но в интересах того самого народа. Тех, кто принимал весь метафизический грех революционного переворота на себя, освобождая от него остальных.

Белым и прочим, например, эсерам, это оказалось не по плечу в силу отсутствия в них одержимости идеей, они лишь что-то такое предлагали, но сами не горели, и это чувствовалось. А большевиков воспринимали, как святых мучеников новой эпохи. Грубо говоря, у большевиков не было тормозов, потому что, если их Великая Идея не побеждает, то им и жить незачем. У них не было запасных аэродромов, они высадились на территорию врага и сожгли свои корабли. Все остальные акторы Гражданской всегда имели ввиду возможность отступления для себя. Разумеется, я про руководителей, а не тех болванов, что бросились им служить во имя спасения "Великой России" от "красной чумы". Можно сказать, что "белые" не так страстно желали спасти свою Россию от "красных", как "красные" желали избавить страну от "белых". В этом вся главная разница.

Или я не прав? Или слишком упрощаю?

Оригинал взят у sg_karamurza в Еще о методологии
Как совместитель, я работаю на факультете политологии МГУ. Пришлось изучать учебники, по которым учат политологов. Эти учебники написаны в основном в 1990-е годы, и за образцы для них были взяты самые популярные западные учебники 1970-80-х годов. Учебники хорошие, надо их изучать как основу.
Но ведь наше общество – переходное. Его, кому не лень, сравнивают с убежавшими от фараона евреями, которых Моисей сорок лет водит по пустыне. Чему же наших-то будущих политологов учат? Читаешь эти хорошие учебники, и охватывает странное чувство: о чем все это? Может, плохо переведено, не удалось подобрать русские слова и выражения? Понять содержание трудно, и главное, оно совершенно не связано с той действительностью политики, которую мы наблюдаем воочию, причем, и на самом же Западе. Он, похоже, тоже переходит «куда-то вбок». О России и речи нет, она в этих учебниках практически не упоминается, иногда только помянут «Муссолини, Гитлера и Сталина».
Я в 90-е годы регулярно проводил 3-4 месяца в Испании, в университете. Там тоже после смерти Франко прошла либерализация и модернизация, и гуманитариев учили уже по «европейским» учебникам. Я их не читал, у меня другие курсы были, но разговоры студентов и аспирантов очень удивляли. Спрашиваю, откуда вы все это взяли? Все не так, ребята! Посмотрите вокруг, вспомните хоть свою историю. Мнутся, и чтобы начать говорить о реальности, делают усилие, как будто чтобы переключиться на другой язык. Насколько адекватнее и богаче мне казался разговор людей без высшего образования, даже малограмотных.
И что удивительно – в университете и даже на каждой кафедре прекрасные библиотеки! Стоят книги всех видных философов от Аристотеля до постмодернистов. Каждая книга – клад, всегда есть что-то, открывающее глаза на нашу реальность сегодня. Даже если прямо не приложимо, дает импульс и простор для своих размышлений.
Тогда, в начале 90-х годов, наши студенты еще были совершенно непохожи на испанских, у наших еще была искра скептического разума и привычка увязать услышанное от преподавателя с той реальностью, которая «дана им в ощущении». Преподавать было труднее, но, похоже, имело смысл.
Сейчас в интернете возникают кружки, в обсуждениях которых просвечивают зачатки нового обществоведения – без догматического официоза советского времени и без навязанных нам штампов западных учебников «для массы».
Что, на мой взгляд, следовало бы в этих кружках учесть? На мой взгляд, развитие их тормозит инерция советского обществоведения – зацикленность на «теории». Одни пытаются реанимировать конструкции марксизма, другие – сконструировать новую синтетическую теорию. Эти попытки тянут в схоластические споры, и признаков теоретического прорыва не видно.
Но зачем ограничивать себя этим узким коридором? Теория – очень ценная форма организации знания, но вовсе не единственная. Что же касается такой подвижной и текучей материи, как общество, особенно в периоды смут и трансформаций, то возможность описать ее в хорошей теории вообще сомнительна. Изменчивость объекта такова, что все почти понятия обществоведения не имеют «замкнутого» определения – это определение все время надо дополнять новыми содержательными уточнениями и оговорками. Нынешний Запад – совершенно иная система, чем та, которую представляют учебники 1970-80-х годов. В России поколение рожденных в 1990-е годы мыслит и говорит по-иному, чем предыдущее поколение. Прервалась цепь времен – попробуй собрать ее рассыпанные звенья в теоретическую модель!
И при этом мы сидим на сокровищах эмпирического знания, достаточно обработанного, чтобы дополнить понятия обществоведения новыми содержательными уточнениями, которые дали бы им буквально новую жизнь. Но как раз желающих запустить руки в эти сокровища раз, два и обчелся. А ведь перед нами пример школы Броделя: он занялся «структурами повседневности», ползучей эмпирикой. Какую кашу и сколько ели в ХVI веке в разных слоях общества, как переживали чуму богатые и бедные… Становится яснее ход становления капитализма и почему он так трудно приживается в постсоветской России – гораздо яснее, чем от чтения «Капитала» Маркса. 
Социологи, которых в России немало, за последние 25 лет собрали «Монблан фактов», говорящих о том, что произошло и происходит в нашем обществе. А теории не создали! И вся эта гора фактов осталась втуне. Молодая интеллигенция копаться в эмпирике не желает. Она создает фантастические модели, в которых, глядишь, затвердеет философский камень. Вот тогда они все объяснят.
Ну ладно, эмпирические данные об актуальном моменте еще не отлежались, не превращены в учебники. Но ведь у нас есть уже систематизированная фактология огромного эксперимента русской революции. Тогда столкнулись 5-6 больших национальных проектов, опубликованы размышления главных авторов этих проектов, дневники свидетелей попыток реализовать эти проекты. Мало того, за этим великим экспериментом внимательно следил Макс Вебер – и оставил нам почти лабораторный журнал этого наблюдения. Ведь не один же «Краткий курс ВКП(б)» у нас под рукой. Изучение этого материала – как системы проблем – могло бы стать прекрасным учебным практикумом, сродни экспериментальному.
Вот, например, дать бы студенту-политологу такую задачу. А. Деникин писал, что ни одно из антибольшевистских правительств «не сумело создать гибкий и сильный аппарат, могущий стремительно и быстро настигать, принуждать, действовать. Большевики бесконечно опережали нас в темпе своих действий, в энергии, подвижности и способности принуждать. Мы с нашими старыми приемами, старой психологией, старыми пороками военной и гражданской бюрократии, с петровской табелью о рангах не поспевали за ними».
Пусть студент 5-го курса объяснит причины этого парадокса – ведь у белых было гораздо больше образованных кадров, большая доля деловых людей из буржуазии, интеллектуальная и военная помощь Запада. Эта проблема эффективности аппарата власти представлена в целом ряде глав учебников политологии, но только теоретически – так приложите теории к данному эмпирическому факту! И из таких фактов можно за месяц задачник составить.
Но от такого практикума бегут, как черт от ладана, и преподаватели, и студенты. Пережевывают идеологические байки – тоталитаризм, демократия.
А ведь наша нынешняя смута – эпизод той неоконченной революции. Как же нам вылезти из этой ямы, не обеспечив людей рациональным и доступным знанием?

<lj-repost button="Перепост ВСЕГО текста" />

http://problemanalysis.ru/
http://проблемныйанализ.рф./
Tags: "белые", "гражданка", "красные", С.Г.Кара-Мурза, историософия, общественная парадигма, смыслы, цивилизационные коды
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo escapistus march 30, 2013 21:47 134
Buy for 10 tokens
Однажды академик Петр Капица принимал у студентов физфака МГУ сложный экзамен. Войдя в аудиторию, он объявил, что на этот раз билеты тащить не будем, а будем все отвечать на один единственный вопрос. Можно пользоваться справочниками, учебниками, чем угодно, искать ответ всем курсом, даже…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment